Брянский процесс по делу нацистских преступников

26 декабря 1945 года в Брянске начался открытый судебный процесс по делу нацистских преступников, совершавших злодеяния на территории Брянщины.

В 1941-1942 годах войска нацистской Германии и ее союзников оккупировали значительную часть территории СССР. На оккупированных территориях имели место военные преступления: массовые убийства мирного населения, советских военнопленных, принудительный угон в Германию, уничтожение населенных пунктов и культурных ценностей.

В 1942-1943 годах в СССР была сформирована правовая база для предания суду иностранных военнослужащих за эти деяния и организован процесс сбора доказательств.

Уже 2 ноября 1942 года Указом Президиума Верховного Совета СССР была учреждена Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причинённого ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР (ЧГК), в задачу которой входил «полный учёт злодейских преступлений нацистов».

19 апреля 1943 года вышел Указ №39 Президиума Верховного Совета СССР «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников родины из числа советских граждан и для их пособников». Этот Указ стал правовой основой для всех открытых судебных процессов над иностранными военнопленными, в соответствии с ним в 1943 – 1949 годах в Советском Союзе прошли открытые судебные процессы в 21 городе.

В Брянске в конце декабря 1945 года перед судом предстали четверо немецких военнослужащих. Генералы, руководившие деятельностью подчиненных им немецких войсковых частей, карательных отрядов и органов местного управления: генерал-лейтенант Фридрих Густав Бернгард, бывший комендант Корюка 532, комендант Брянска и Орджоникидзеграда с апреля 1942г. по середину августа 1943г. и генерал-майор Адольф Гаманн, бывший комендант Орла, Брянска (с середины августа до 12 сентября 1943г.) и Бобруйска. Он попал в плен после бегства из Бобруйска, был участником «парада побежденных» и в составе 57 тысяч немецких военнопленных прошел по улицам Москвы летом 1944 года.

Ефрейторы были исполнителями и непосредственными участниками уничтожений населенных пунктов и расправ над населением: Карл Теодор Штайн, обер-ефрейтор 529 стрелкового полка, действовавшего на территории Орловской и Брянской областей и Мартин Адольф Лемлер, ефрейтор 134 пехотного полка, действовавшего на территории Брянской области.

До суда обвиняемые на Брянском процессе содержались в городской тюрьме №1 (сейчас СИЗО по ул. Советской) в одиночных камерах под круглосуточным наблюдением. Условия их содержания были следующими: ежедневно во внутреннем дворе тюрьмы были разрешены 15-минутные прогулки изолированно друг от друга и от других заключенных. Готовили им в отдельном котле, кормили 3 раза в день, ежедневно выдавали по 250 г белого хлеба и табак по необходимости. В камерах поддерживалась температура 17-18 градусов, было разрешено посещение бани и бритье. Для сравнения, советские военнопленные и мирные жители в лагере Дулаг 142 немцами содержались в завшивевших неотапливаемых бараках, их кормили баландой и хлебом пополам с опилками.

В рамках досудебного следствия, предшествовавшего процессу, обвиняемых неоднократно допрашивали, в том числе в Главном Управлении контрразведки Смерш. С каждым из них работал отдельный следователь и переводчик. Основу доказательной базы составили акты ЧГК и свидетельские показания. В 8 томах уголовного дела – протоколы допросов около сотни свидетелей, в том числе пленных немцев.

Брянский процесс начался 26 декабря 1945г. и длился 4 дня. Процесс был открытым и наравне с проходившим в эти дни Нюрнбергским трибуналом, широко освещался в газете «Брянский рабочий». Проходил он в гарнизонном Доме офицеров. Судя по записке НКВД о реагировании населения на судебный процесс, почти все горожане поддержали обвинение и желали подсудимым самого строгого наказания. Так, например, гр. Корнеев, рабочий завода им. Кирова, заявил: «Суд знает, какого решения по делу от него ждет советский народ. Мы должны им отомстить кровью за кровь, виселицей за виселицу».

Председателем трибунала был генерал-майор юстиции Микляев, государственным обвинителем – военный прокурор округа подполковник юстиции Максимов, сторона защиты была представлена тремя адвокатами, в заседании участвовало 5 переводчиков.

У обвиняемых на руках были обвинительные заключения на немецком языке, в этот же день обвинительное заключение было опубликовано в «Брянском рабочем». В нем изложена общая характеристика нацистских преступлений и конкретные факты злодеяний и зверств, совершенных каждым обвиняемым: варварское истребление населения городов и сел, угон граждан на каторжные работы и разрушение населенных пунктов.

Подсудимые Штайн и Лемлер признали вину, Гаманн признал вину только в том, что отдавал приказ о принудительной посылке граждан на строительство оборонительных сооружений, а все остальные деяния, по его мнению, совершались войсками до приезда обвиняемого в Брянск. Бернгард вначале виновным себя не признал, затем признал свою вину только по трем пунктам: состояние немецких лагерей, привлечение гражданского населения для разминирования и отправка советских граждан в Германию.

Судебное заседание началось с допросов подсудимых. Первыми допросили ефрейторов.

Лемлера допрашивали о подрывах зданий, грабежах мирного населения, уничтожении партизан и мирных жителей, в том числе стариков и детей в населенных пунктах Зикеево, Жиздра и Брянск. Общий смысл его ответов: «Мы действовали согласно приказам», «гражданское население действует совместно с партизанами, поэтому их нужно убивать».

Штайна допрашивали о грабежах и сожжении деревень, расстрелах женщин, стариков и детей, закапывании заживо – все это делалось под видом борьбы с партизанами, но лично Штайн «не видел никаких партизан, это не борьба с парти